Ангелу аллей


Н
е аукнется горстка предместий -
Позабытый птенец бытия...
Обручи меня с мизерной честью -
Быть нетленным в нетленных краях.

Научи сладким подвигам слова
И осенней ночи научи -
Я не стану просить дорогого
И в падучей клянчить Ключи...

Я останусь - возьми ожерелье
Средиземных ракушек и мечт,
Вспоминай обо мне в райском жерле,
Не желая по-Дантовых встреч.

Я останусь - мне выплакать жизнью
Эту близость молчащих аллей -
Чтоб аукнулись в Церкви всемыслий
Эти тихие липы тебе...


***

Н

азванья нет... А память все дороже
Жмет голову у отпертых ворот,
Не отпускает, копит, держит : может
Пройдет? - И уж вот-вот пройдет,

Вернется перехваченным дыханьем...
До Музыки ли плачущим? - О, нет! -
Лишь - близкий зев темнотного зиянья
Лишь - дальний звон задумчивых тенет...

А что носила-то, прислушивалась, крепла
В уверенности! - И не отпустить.
Рука, рука моя! - Неужто ты - ослепла? -
Кому как не тебе - и боль , и крик, и - нить!

До музыки ли совершенству страха?
Лишь материнства пепел у Черты...
И - первый такт - из не-пу-щу! Из взмаха
Отчаянья - как бы в весну -цветы,

Как сын из рук : запинка, преддыханье...
И от плода останется в ветвях
Ночное одинокое зиянье -
Уже вплотную к голым черенкам...


***.

Г

нетущая грусть безвестья...
Архаты.
Архонты.
Буколики...
Мы просим остаться честными -
И остаемся подленькими...

Вымолвить сердце, нежное
К бархатным тихим сумеркам...
Просим остаться безбрежными -
И остаемся -
Сухонькими...

Тысячу жизней меряет
Шопот травы притоптанный
Просим остаться -
Бессмертными.
И остаемся -
Безропотными...

Лютики... Легче, милые -
Вдохов на жизнь не накопишься...
Тучи полей остыли,
Тлеют усталой копотью.

Молча - тысячелетие
Зреет в тиши и ветоши...
Что же - пыльцой мгновенной
Будда мгновенья бережен?


***.

З

адыхаешься песней дальней
Или дымом горящих лесов,
Или это разлук печально
Колыбельную льет колесо:

Словно прожил века - и случайно
Оказался в той же стезе,
И знакомая душная жалость
В том же древнем поет колесе,-

Или - волю отдал добровольно?
И веселые пляски подруг,
И вернулся в назначенный, дольний,
Повторяющийся полукруг...


FROM "Endimion" by John Keats

Поднебесью

Н

ам радостью блистает испокон
Прекрасное, цветет очарованьем,
Неугасимым ввек... Объемлет милый кров
Лучащийся - и ветра трепетанье,
И сон, и плоть - и силы неземной
Прилив... Проснувшись, мы цветной
Перевиваем лентой не к тому ль бутоны:
Самим сплестись с земною красотой! -
Назло усмешкам дней, усталости больной,
Утратам Светлых душ и гробовым ухронам,
Отверстым нам : Да, да! - Назло всему
Прекрасный облик свеет пелену,
Нам дух мрачившую... Так солнце и луна
В повадке держат милость к травам, листьям -
Их юности - и старости. Нарцисс
Так обживает влажную планету,
И так ручьи от пыльной духотцы
Укрытие из ив себе возводят в чаще.

И таково - величие слепящих
Судеб, воображением распятых.

И тихие слова любимых сказок наших,
Что детство освещали нам когда-то...


Анаксимен

В

етер в оторопевших
Снастях на Краю земли
Спит...
Объяснить нездешним,
Чем такелаж болит, -
Как? - Что не будет моря
Далее, чем на пядь?
Чем обморочить горе,
Рвущее якоря?

Кинешь копье? - но воздух
Примет на грудь - стеной.
Дальше - небесный роздых,
Дальше - отлив. Отбой,
Без ветерка. Без звука.
Воздух - что сплошь хрусталь...

Как объяснить им муку
Взгляда - в такую - даль?

...Плачется марс ослепший.
В ящик - как в гроб - секстант.

Первые из дошедших
Воздух почнут с листа!
Что нам! - И воздух - посох.
Сердце - воздушная твердь.

Может - и там возможна
Жизнь.
И возможна -
Смерть...


***

... С

тояли дни, когда на глубине
Вселенная казалась родниковой,
Ни хитрых цифр не веря периодам,
Ни вглядываньям глупых стекол не

Сопутствуя сокрытостью органных
Надтреснутых колонн, а, словно напоказ,
Медлительный остановила контрданс,
Покачивая головою пьяной...

Зубчатых матриц, встав, веретено
Позабывало в сладкой полудреме
Вращать галактик сумрачные волны,
И было всюду затемно. Тепло

И топко... И случайных знаний
Случайный голубь - Слово глубины -
Слетал предвестьем ранней седины
На плечи гениев. И тихо ворковал им...


***

Н

ет памяти, верней, чем смерть: когда
Нам открывают хриплые воротца,
Как в нас вцепляются, крича - и отходя -
И знавшие нас злыми города,
И полудетски милые невзгоды,
И первая в смущеньи красота...

И самое воспоминанье - гибель...
На лезвии немыслимой мечты
Прожить ли после? - Если бы могли мы
Из равновесья выведенной глыбой
Застыть, не падая, - то этой красоты

Хватило бы для повести вселенной.
Комедии вселенной. Пира звезд.
Но - трет под локоть - и теплеет треньем -
Забывчивый, как грач, апрельский пенный
Скрип тополей, еще не гнезда в венах
Несущих, а лишь - ожиданье гнезд...


Память

К

аких еще молитв недоставало нам? -
Дал хлеба день, и вычел праздник вечер,
И выколола на плече звезда
Любовных губ томительные речи...

Ночной табун топтал росистый луг
В изнеможеньи не найти желанья
Божественней, чем клеверовый дух
И дынного восхода длинный пламень...

***

Т

ак приходит негаданная суета
Сыпких дней, на сирень разменявших столетье,
Терпкой кровью упьясь и вопя в соловьях,
Неожиданно громких, отчаянных, честных...

Ночь разлистывается на каждом шагу,
Рассыпаясь из книжки живыми листами,
И читают. И чтут. И выводят. И - ткут,
Покрывая постели пыльцою дурмана.

И невесты, отспорив, от-ждав, отозвав,
Нежным призраком сходят в постели Офелий...
Так рождают чистейшие девы. И так
Возвращается плотью весна асфоделей...


Майское

П

риходит тень - и в сморщенных октавах
Заученных стволами хриплых фуг
Шопеновская сладкая отрава
Берется соловьями на испуг...

В седых скрижалях шелеста ночного
Прорежется распахнутая песнь, -
И на минуту кажется : иного,
Чем мимолетный голос, в роще - нет...


Зной

А

х, Иона! Чрево Tвари -
Чрево лета - чрево зноя!
Разливалось клеверами -
Пласт на пласт и слой над слоем...
В глубине, в томленьи плывком,
Участь жаждуще хрипящих
Слой над слоем терпеливо
Хоронил желудок чащи,
Слой за слоем проливая
Сок кипящий на рубашки
И смолистою печатью
Опечатав жара чашу.
Но гуденье, переполнясь,
Открывало полотенце
Тресков-стрекотов стрекозьих
И тянуло к небу вены,
Переполненные алым,
И заката рдяный скальпель
Резал дно Левиафану.-
Что густых тяжелых капель
Земляники собиралось
В чашах сумерек нестройных!
Ах, Иона, чрево Твари -
Чрево лета - чрево зноя!..


***

П

епел цвета... Такой акварели
Отыскали художники ночи
В погребеньях нежнейшей сирени, -
Что не снилось дневным нищим зодчим...
Зной миражный - и мякоть моллюска -
Это чудо уставшей девчонки,
Эти тихо щемящие грусти
На ресницах ветвей полусонных...

***

... К

огда вдруг вырастает в небытьи,-
В ворчливо шевелящемся тумане,
Невинный звук, когда, ожив, ручьи,
Вдруг рассыпаются под легкими шагами,
И камешек скрипящий вдруг растет
В своем значеньи, звуке, строе, смысле
До призрачных, немыслимых высот,
Невидимый, но трепетом расшитый,
Вздымает замок ждущего тепла
В знаменах, стеганных озябшими ветвями,
Мне с грустью кажется - вот, мимо нас прошла
Жизнь, мельком лишь подслушанная нами...


Подражание Верлену

Я

плакал сном. Я слушал сном. Сон чутче
К твоим устам раскрывшимся приник...
В теченье сна ступали робко души -
Почти не наши. Свысока на них

Взирали в облаках обетованной выси
Алмазы зренья Отлетевших вон -
А на ресницах сна - соленое повисло,
И в слухе сна пел кленный перезвон...

Здесь жило все своею зыбкой жизнью,
Оказываясь родственным любви, -
И, сладко собираясь,- солью висло,
И падало, скопившись на груди

Сна твоего... Я говорил о Душах
Неправедное. Их ли дело - жизнь!
Спи... Плачь... Вздохни... Не слушай... Слушай -
Что нежность кож ночами нам шуршит...


***

... Б

ывало,просквозив, как легкий дождь
Сквозь ставни, в сон вливалось чашей утро,
Глазною влагой, пухом нежных кож,
Улыбчивым сосновым перламутром,

Не торопясь в истоме западать
За ворох сновидений и подушек,
Любовный морок зарева стоял,
Вытягивался, цепенея : слушай...

Иголок павших свив веретено,
Тянула нити влажная свобода -
И пить сто лет,казалось, суждено
Бессилье это нам - и смол зеленый холод...


***

Н

е спастись нам, дитя, понарошку,
Нам никто на поможет, дитя!..
Нам и жизни осталось немножко -
Этой мягкой малины лукошко
Да притихшая песнь соловья...

Не бранят нас. Не любят.
Не знают...
Кровь с ладоней - лисица слизнет.
Ты так рано узнала, что ранит
Не желание, а - зиянье
И что рана - не заживет...

Я утешить тебя - не умею.
И спасти нас уже - не берусь.
Спи. Пусть ветер осеннюю свеет
Колыбельную над постелью.
Спи, дитя. Колокольчик.
Грусть...


Катерине

... Т

еперь - о жалости... Мне не хватает суток,
Чтоб выплакать весь траур сентября ночной...
Как шаг души в предместьи боли чуток!
Сквозь сон - течет луна иссохшею стопой,

Ночь плавится в глазах. Затишье жизни сходно
Со смертью дерева... "Восстань! Июнь!
Июнь..."
Сухие ветви полночи голодной
Стучат в окно. Отныне - не поют

В ветвях... Бредет над миром
Сухой стопою схимница-Луна,
И каждая струна на стертой лире -
Истружена, пе-ре-на-пря-же-на...

Бездомные навзрыд -как только может сбыться,
Закутавшись в редеющую плоть,
В дырявый воротник скрывают липы лица,
И чувствуют, что в ульях тлен - не мед...

И ты - последний из живых, изгнанник,-
Кому-то жалость щепотью золы
Дарить протянешься... И ропот неузнанья -
Последнее, что нам приберегли...


"Пан умер !"

И

ерархи ночных гармоний!
Что,- последнее божество
Нас покинуло? - Правда ль. кроме
Нас с туманом - ствол лишь да ствол? -
И в стволах - ни души, ни песни -
Подступающий к горлу сок...
Ночь надела пепельный пеплум,
Серебрит комариный висок...
На котурнах заемной - славы.
А - пуста! А под маской - стыд!..
Соловьиная жадная слабость
Вспоминает, спутав листы,
И - не может напеть, и песня
Бьется, рвясь на каждом шагу,
Но какой бы ни стлалось лестью -
Никого - в ответ. Ни гу-гу...


1917

1

А

х, против шерстки гребень грубый
Изнанке кленов или лип
Шинелям! - Пуговицы пучит
Сливовый крепнущий налив.

Дождь долог фатовством невинным
В обнимку с отвернувшим взгляд -
Единственный - довольный, винный,
Фотографом на вспышку взят...

Откроется альбом старинный,
И - что когда-то - Пастернак-
Угрюмый год, навыкат сливы,
Да розовый июльский стяг...


2

С

трельбу в аллей ущельях узких
Завел решившийся закат,
И взмокшие кусты по-русски,
Навытяжку, всю ночь стоят,

Перебирая память - просо,
И погибая невзначай,
Шепча невнятное о грозах,
Которых метили встречать -

И встретили - и сыпь июльских
Подпулеметных муравьев
В ущельях улиц петербургских -
Уж петроградских - и окон

Веранды дачной напряженье.
И грохот, выстрелы - сквозь сон,
И непонятного движенья
В стволах крепчайший бродит сок...


***

Д

ар глаза только и совместен,
Что с осенью , - когда невторопях
За радужной перебирает песни
Отхлынувших цветов и птах,

Уже не пыльной, чистою струною
Рисованных в песке луча насквозь.
Дар глаза и советен лишь с такою
Медлительностью тихих поз,

С английской ясностью усмешливых
портретов,
Когда душа мерцает невпопад
В безжестьи рук - а то - в краю манжеты,
Одалживая зрителю на взгляд
Немного глаз - глубоких и всецветных,
Осенне призрачных... И, второпях,
На первый взгляд, дар этот и совместен
Лишь с осенью в мягчайших холодках...


Английская песенка

С

верчок унылую песню пел -
Спорил с бледной луной.
Моя подруга - лицо, что мел -
Оставила берег мой...

Мы верили дню, и счастью губ,
И неподсудности тел,
А в ночь - на холодном оконном свету
Сверчок боится допеть.

Не бойся... Царапай трещотку-жизнь.
Все скоро погаснет и здесь...
Держись, усталый певун, держись,
На час - переспорь
Смерть...


***

...Н

о если я не вспомню о тебе,
Толпой ночных теней придешь ты верховодить.
И сердце, переполненное больше,
Чем может выдержать,сорвется в тишине
На плач такой... Нет! Нет! Не уходи! -
Я, верно, спал. Мой ангел был в отлучке -
Так бессловесно опадали кущи
В почти опустошившейся груди.
Теперь - присядь. Мне больше не уснуть,
Поверь. И знаками немыми
Дай знать про путь - такой недальний ныне,
Не правда ли? - Я сердцу объясню
В простых словах,как можно так - одну
Из Тех - ввести и долго, бессловесно плести беседу
Без надежд, без лести на нашем нелюдимом берегу.
И нечто тихое в скупой строке хранить
Отчаянно и горько. О, ткань скорби!
И звать теней ночами Пенелопой,
И ткать и ткать обрывчивую нить...
30.10.94г.


***

П

олубезумная, поверив :
Сто лет напрасного ждала!
Вдруг разразилася безмерной
Слезой сентябрьского дождя...

Не выходили - не глядели
В глаза... И синевой седой
Ночные облака летели
Напрасной траурной каймой,

Клубясь... И в сумраке несчастном
Последним горем отрыдав,
В ползущем с плеч, покорном, красном
Платке - вполоборот - заря...


***

" Все книги на свете написаны одной рукой.
По сути, они так едины,
что составляют собрание сочинений одного
странствующего и вездесущего автора..."

Эмерсон.


О

сеннее ненастье - как роман
Закончено вчерне. Просыпано и сдуто
Мгновенным градцем. Свернуто. Корчма
С горячей миской. Автору тут смутно

Мерещится иная быль - "А вот ты, ведь,
Мелькнувшей не заметил пары
Бегущих отраженьиц на окне
И ворох листьев, вздувшийся опарой,

И черт его,.. быть может, эта страсть
Ночной беседы этих листьев пьяных
Вторженьем отголоска прервалась -
Вот тех огней?.. И это - соль романа?

Борщ... Мясо жестких, жестких туч...
Наброски осени шевелятся в обложке.
Дождю - не кончиться, и автора ведут,
Настой хоэяйкин в рот цедя по ложке...

- Что, болен? - Дня уж два : дожди да сквозняки...
- Сдадим ли комнатку? - обозы в снег прибудут...
Как он? - В бреду... Все, все : "прости меня!"
- И все? - Еще : "нет, нет, я не забуду!.."

А - что забудет, что простит кому?-...
- А о деньгах? - Да все твердил - допишет...
- Дай бог... И голос мокрых лип во тьму
Сползает. И прологом небо дышит...


Эльсинор. Имя

Е

сть много, мой друг, и - святого
На свете... Но - только вот - с чем
Сравнить мне пугливое слово,
Рожденное словно во сне,

Когда полыхнет вдруг зарница,
Распялив июль духоты,
И птице тревожной - приснится
Вся оторопь - Той высоты,

Тех - башен, уж не Эльсинорских,
Тех - высей до крома пера
Слияние с воздухом звонким,

Тех - бездн и отдушин, и ям -

Бессилье...

А тем, кто бессонен -
Внезапно мазнет по глазам
Предостережение сосен,
Съест Тень на скалистом откосе.
И сердце отпрянет назад.-

От края, от лезвий отчаяньй,
По следу - любовной судьбы.
За штору, за - море, где чайкам
Не Тени снисходят.
Но - сны...


***

Т

ак уже давно не стояли
Жены, кутаясь в ветхие шали,
Как терпение тихих, жалких
И безмолвно покорных далей...

Словно голос один у вселенной
Был : Вернись!.. - И рассохся на хрипы
Черных галок, словно священный
Дар тепла растеряли ланиты

Ожидания...- Только речушка
Грязноватым царапала проседь,
Мол - Вернется!.. Медной полушкой
Покупала ложь ее осень...


***

О

безлюдело ненастье.
Иней... Иней... Провода...
Много ль выпадало счастья? -
Отвечает: навсегда...

И судьба бредет навстречу,
Буквы хлебные кроша.
- Навсегда ль? - Любовью млечной
Не надышится душа...

Свиток - словно незнаком мне -
Слиток меди и вина...
Дышит дождик тихий, темный,
Лужи меряет до дна...


***

... И

листом сербряным висит
Где-то в вышних ветках Андромеда...
Ветер влажно серебрит виски
И скрывает паутиной - меди

Солнечных отбрызгавших фанфар,
Тополей картонных херувимства,
Недосказанности твердый жар,
Недовиденных оттенков лица -

В цвет, нежнее бывшего всего,
Влажной мерзлой зелени нежнее,
Зыбче, чем глубокое весло,
Хрупче сердца обожженных жжений.

Этот цвет... Вот где ты, Немота,
Рассыпаешься аллеей серозвездной...
Гениям, читающим с листа,
Эдесь родиться б осенью раскосой...


***

Н

асмерть раненное рябиной,
Лето вскользь оплакано тобой,
Спящею... Длинное - длинно
Льнет - лицо о стекло - щекой.
Просит : Месяц! - Больное, тускло,
Месяц жизни - на блажь, на рок...
Глаз открой, если сон твой чуток,
Разреши ступить за порог,
Прошептать, дурачась с корою:
Я так щедр... Я дам тебе... час.
И увидеть бледнеющим горе
Вдруг поверивших преданных глаз...

***
С

еребряных готик органных
Застыла в гортани струя.-
Отдушину Иоганнам
Взвеневший ноябрь отковал...

Стоишь - запрокинутый голос -
Не в силах слова опустить,
И те, цепенея и вторясь,
Вплетаются с инеем в нить

Нежданных, недлинных, нескромных
Подстрочий к устройству небес.
И медленно, в глинные донья -
Ответная падает весть...

И все то, что ждало ветвленья
На голос и на Пустоту,
Белеет единым движеньем
И стынет, звеня на ветру.


***

Ц

икутой утро выпало на дно...
Нужды нет - тени, тени, тени,
Как хлопья, падают на теплое окно
Единственным на всей земле движеньем...

Приходят фонари, как сказочный Орфей,
Пропеть свое - и увести с собою
Луну, оставив нас в окне
Сплываться с коркой ледяною...

Ну что ж, душа. Пора уже... Иди.-
Так светлы пастбища Элизиумов блеклых.
Отхлынуло от сердца - и к груди
Льнет бледный сумрак, влажный и бездонный...

И тот же - звук шагов.- Так отрясает снег
Полночный Одиссей - так теплой кровью дышит...
И, сбившись в ком, - безумие теней
Давно забытый терпкий запах слышит...


Зимний вечер. У окна

(Акростих )

...С

еребряные розы декабря...
Еще бессонна белая планета,
Разливом ранним торопясь, заря,
Едва касаясь, - поминает лета
Безгрешную скудель -
           и алый цвет стыда,
Разлитый на щеках
           оконных свежих веток,
Я с нежностью встречаю - и тогда
На белом атласе -
           не торопясь ответом -
Опал сменяют бирюза, алмаз,
И снова безмятежен лик вечерний...

Решился день - и свет неизреченный
Оставил нас на грани - на краю
Заветного... - и снова я пою
Единовластие серебряных течений...

29.7.98.


***

... И

, словно бы бумагу писем
Ослепший гладит невпопад,
Переворачивает жизни
Остановившийся закат.

Раз в десять лет из улиц снежных,
Как из хранилища, на свет
Выносят прежние надежды
Пытать поверкой свежих бед...

И страшен Страшный Суд мороза,
И издевательский смех звезд,
И в каждую прореху - звезды,
И в ветхость каждую - мороз.

Все перешепчут. Судят... Судят...
И в облаке - луна бледна.
И сердце бедное забудет
Ослепших писем имена...


***

... В

чера лизало влажным язычком, -
Сегодня клеит на стекло - снежинки,
Заглядывая солнечным зрачком
И детские творя ужимки.

То - щечку крепкую подставив на заре
Ветрам восточным - в пухе поцелуев
Играет в тройку на пустом дворе,
Крещенских льдинок сотрясая сбруи...

19.1.95г.


Copyright © Vladimir Antropov

Лес и Сад: обследование, посадка деревьев, обрезка деревьев, лечение болезней, удаление деревьев